Divider

КНИГА " ПЧЕЛА "

IPSISSIMUS

Administrator
Регистрация:19 Апр 2013
Сообщения:39.261
Реакции:621
Баллы:113
КНИГЫ «БЧЕЛА».

Р?ЧИ И МУДРОСТИ ОТ ЕУАГЕЛЬЯ, И ОТЪ АПОСТОЛА, И ОТ СВЯТЫХ МУЖЬ, И РАЗУМЪ ВН?ШНИИХЪ ФИЛОСОФЪ[1]

О ЖИТИИСТ?И ДОБРОД?ТЕЛИ И О ЗЛОБ?

Соломонъ. Да не прельстять тебе мужи нечестивии, ни ходи в путь с ними, но уклони ногы своя от стезь ихъ, ногы бо ихъ на зло текуть, и скори суть на пролитье кръви.

Яко же от оскомины пакость зубомъ, и дымъ — очима, тако и безаконие требующимъ его.

Всякъ, держайся добрыя д?тели, не можеть быти безъ многыхъ врагъ.

Не м?сто доброд?телии, но доброд?тель м?сто можеть украсити.

Нускыи. Престанье от зла — починокъ доброд?тели.

Плутархъ. Св?тлость доброд?телии видима есть, яко и злато въ кров?х- пища же сладъка является стражущим, а доброд?тель наказанымъ.

Лукавии мужи, аще и благою р?чью св?щають, но нрава ради нев?рни суть.

Идола образъ украшаеть,[2] а мужа д?анья.

Тако въсхощи жити, да ни боле тебе могущеи быша тебе обид?ли, но ни ты будеши страшенъ меньшимъ своимъ.

Мужу н?коему насилье створившу Плутарху и б?гаюшю и стыдящюся уср?татися с нимъ, Плутархъ, единою уср?тъ, рече ему: «Не теб? подобаеть мене б?гати, но мн? тебе, зан? праведенъ еси».

Аще нын?шнее время добр? исправимъ, то и будущаго времени добра чаи.

Сократъ рече. Достоино основанью храминному и корабльному тверду быти, тако же и починку д?ломъ истинну и праву быти.

Сократ. Се вид?въ ученика своего, селу прилежаща, а учения небрегуща, и рече: «Блюдися, друже, еда село хотя сд?лати, а душу пусту оставиши и несд?лану».

И тъ же. Сеи вид?въ друга своего, тъснущася к письцемъ, да быша написали на камени образъ его, и рече ему: «Ты ся тъснеши, да бы камень былъ подобенъ теб?, а о семъ въскую ся не печеши, а бы ты ся не уподобилъ камени?»

Медляя починаи д?ло, поченже, въборз? кончаи.

Диоген. Поноси ему н?кто, яко по нечистымъ м?стомъ ходить, и отв?ща: «И солнце такоже нечистая м?ста осияеть, но не оскверняеться».

Пиперид мудрый рече. Достойно благому являти при словесныхъ, яже мыслить, а при д?л?хъ — яже творить.

Аристотель рече. Богъ можеть створити, елико хощеть, челов?къ же тъ добръ, иже полезная промыслить.

Мужьскому доброд?янию знаменье бываеть не починанье д?лъ, но скончание.

О МУДРОСТИ

От апостола. Не д?ти бывайте умомъ, но злобою млади будите, а умомъ же свершени.

Л?ствица, утвержена и устроена твердо на здание, при трус? не распадеться, тако и сердце, утвержено мысльми, во время думы не устрашиться.

Сирах. Н?кто рече от златолюбець сице: «Уне ми им?ти каплю вазни, нежели ботарь ума». Ему же отв?щавъ, любомудрець и рече: «А бы ми капля ума, негли глубина вазни».

Сократъ. Егда думаеши, помысли о преже бывшихъ и приложи она къ нон?шьнимъ- т?мъ бо не явленымъ, явленая скоро разум?ються.

Л?па бо р?чь велика знаменья доброумью являеть.

Диодоръ. Мудра дума паче многыхъ рукъ, и мудрый паче кр?пкаго.

Аристотель рече. Думы н?сть ничтоже ино, но оскуд?нье ума. Нев?дуще бо, что подобаеть створити, или — ни, того ради и думаемъ- воля бо когождо не въдасть смотрити, яже подобаеть.

Н?кто впраша Вианта, кто есть добрый думца, и рече: «Время».

Фаворинъ рече. Достойно намъ, конець вещи преже смотривше, и тако начатье ихъ творити.

О ЧИСТОТ? И О Ц?ЛОМУДРИИ

Иовъ. Аще въсл?дова сердце мое жен? мужат?, или при дверехъ ея с?д?л, да тако бы и моя супруга угодна бы иному была.

Не льютъ мюра въ скверный съсудъ.

Плутархъ. Агисилаось, лакед?моньскый воевода, н?котор?й жен? красн?й приступивши к нему, о тяжи въпрашающи, възврати лице въспять, рече: «Луче ми такымъ не покоритися, негли многомужный градъ взяти, уне бо ми есть своея съблюсти свободы, н?гли ин?хъ поработити».

Но и Александръ царь не стерп? прити на вид?ние Дарьевы жены, прекрасн? ей сущи- но приходя къ матери е?, стар?й ей сущи, не стерпяше младое и красное зр?ти. Мы же, на с?дло и на столц?, женьскыя очи попущающе, изъ оконець выничюще, како не мнимъся съгр?шающе?

Эпиктит. Иже хощеши кром? работы быти, самъ ся отпусти от работы, свободенъ бо будеши, аще ся отпустиши от похоти.

Менедем рече. Унош? н?коему рекшю: «Велико д?ло есть, иже кто улучить вся, ихъ же жадаеть»,— онъ же рече: «Се есть бол?, иже не жадаеть неполезнаго».

Ксанфъ. Ксанфъ мудрый, вид?въ домогубца мужа при дверехъ красны жены, и рече: «Сия сладость малая купить великую напасть».

О МУЖЕСТВ? И О КР?ПОСТИ

Сократъ. Сь, вид?въ коринф?йская врата твердо замчена, и рече: «Ци жены зд? живуть?»

Александръ. Се, молимъ сы от дружины нощью напасти на супостаты, и рече: «Не царьскыя есть кр?пости поб?да».

Леонидий рече. Сь Леонидий лакед?моньскый, мало им?я вои, иде на персы, и ему н?кто рече: «Како с малыми вои идеши на толику землю?» Он же отв?ща: «С малыми иду, но съ хотящими и съ довл?ющими битися».

Аристотель рече. Кр?пльший есть, иже желание поб?ждает, нигли ратники. Се бо есть лютъ и храборъ, аще кто соб? одол?еть.

О ПРАВД?

Цесарь Филипъ. Н?коего Антипатрова друга пристави с судьями судити- потомъ же, поразум?въ изв?сто, яко вапомъ красить браду и главу, и сведе и от судийскаго стола рече: «Аще власомъ своимъ нев?ренъ еси, то како людемъ и суду в?ренъ можеши быти?»

Менадръ. Да грабить мя богатъ, н?гли убогъ, да обидить мя лучьший мене, н?гли хужьшии. Уне бо есть терп?ти вышьших себе насильство, н?гли пущьшихъ.

Ипиридъ рече. Двоея д?ля вины челов?ци от правды отступають — или страха ради, или срама ради.

Пифагоръ. Зл?й стражеть своими страстьми мучим и св?стьми, иже кого обид?лъ, неже бьем по т?лу ранами и боденъ.

О БРАТОЛЮБЬИ И О ДРУЖБ?

Иже строить протива лицю друга своего тенето, то самъ своею ногою увязнеть въ немъ.

Не остави друга древняго- новый бо не будеть ему подобенъ.

Филонъ. Мужь правдивъ есть не иже не обидитъ, но иже обид?ти мога, то не въсхощеть.

Аще другу не можеши угодити, то како можеши чюжему в?ренъ быти?

Все новое лучьши — и съсуды, и порты, а дружьба ветхая.

Земнии плоди от л?та до л?та ражаються, а дружба по вся дни.

Аристотель. Стяжанье достойно есть приобр?сти другъ д?ля, неже другы стяжанья д?ля.

Се поношенъ бысть, яко съ лукавыми живеть[3], и отв?ща: «Добрый врачь есть, иже иметься л?ковати больных и отчаяныхъ вс?ми врачи».

Критий. Иже всегда бес?дують съ другомъ сладъкая, то сладость напосл?докъ на вражьство възвращаеться.

Антигонъ цесарь рече. Се же рабомъ моляшесь, да быша и съхранили от мнимых другъ. И н?коему въпросившю его: «Въскую таку молбу твориши?» — отв?ща: «Зан? отъ враг сам ся съблюдаю, в?дая ихъ».

Агисилаосъ рече. Н?кто перескокъ прииде къ нему из н?мець, а властелемъ велящимъ ему поручити вои свое, и рече: «Не подобает поручити чюжихъ поб?гшему от своихъ».

О МИЛОСТЫН?

Питаконъ. Сь, обидимъ бысть н? от кого, и власть им?я мъстити себе, и отда, рече: «Прощенье есть лучьшее мъщения: ово бо кроткаго естьства речеться, ово же зв?ринаго».

Разбойникъ н?кый утапаше въ мори и нагъ выбреде къ брегу. Исократъ же, вид?въ и зимою умирающа, и од? и, и обу и пищу давъ ему и отступи и. И поносимъ же бысть от н?коего, зане незнаемаго разбойника снабд?, и отв?ща: «Не аки челов?ка разбойника почьстихъ, но челов?чьское естество почьстихъ».

О БЛАГОДАТИ

Змию кормити и блудному даяти подобно есть: от обою бо ничто же добромысльно ражаеться.

Дионисий цесарь, слушая гудьца, добр? гудуща, об?ща ему даръ дати капь злата. Утру же бывшю и приде гудець проситъ об?щанаго, он же отв?ща: «Ты вчера гуда възвеселилъ мя еси п?сньми, а яз такоже об?щаньем възвеселихъ васъ, нын? же отиде от ушию моею веселие твое, а от тебе упованье мое».

Н?коему другу, хотящю дщеръ въдати замужь, и просящу у Олександра им?нья по ней, сей повел?лъ вдати по ней 50 талантъ злата. Иному же рекшю: «Довл?еть 10 талантъ», Олександръ отв?ща: «Тоб? достойно толико просити, а мн? достойно толико даяти, елико есмь реклъ».

Сь, исполнивъ костий блюдо, посла къ Диогену, куньскому философу. Онъ же приимъ и рече: «Куньское брашьно се, но не цесарьский даръ»[4].

Диогенъ рече. Сьй, въпрашаемъ бывъ от иного, которыя д?ля вины челов?ци просящимъ дають, а мудролюбцемъ не въдають, и отв?ща: «Зане хромоты и сл?поты чають над собою и ины? проказы, мудрости же не чають».

Опикуръ. Не отм?тай малаго дарованья: будеши бо нев?ренъ къ большимъ.

О ВЛАСТИ И О КНЯЖЕНИИ

Плутархъ. Притча глаголеть: д?темъ ножа не давай- азъ же рьку: ни д?темъ богатьства, ни мужемъ ненаказанымъ силы и власти подавати.

Дионъ Римьскый. Всячьская, сущимъ яже велишь подъ тобою — быти и творити, то преже самъ твори, потомъ же учи. Т?мъ бо луче ихъ накажеши, неже законъным мучением: ово бо подражание им?еть, а сь — страхъ, да уне есть с подражаньемъ, неже съ боязнъю вънити въ лучьшее.

Димокритъ. Любимъ въсхощи быти при житьи, нежели страшенъ: егоже бо вси бояться, и тъ вс?хъ боиться.

Цесарь ума в?нець не приищеть, умъ бо цесарьствуеть.

Агафонъ. Князю достойно три вещи въспоминати: первое — яко на челов?кы влад?еть- второе — яко законъ ему порученъ от господа- третье — яко власть си временъна сущи истл?ваеть.

Апаминда Фив?йскый вид? много вои без добра воеводы и рече: «Великъ зв?рь, но главы не имать».

Фив?емъ гордящимъ, зане обладаша Лакед?моньею, слышавъ же Коту, фракийский цесарь, и рече: «Азъ много ручаи вид?хъ, болша р?къ бывающихъ, но на мало время».

О ЛЖИ И КЛЕВЕТ?

Уне есть злое слышати, нежели злаго молвити.

Къ сему пришедъшю клеветнику[5] и рекшю: «Онъсии пред мною сице лаяшеть теб?» — и отв?ща: «Аще бы того не сладъко слушал, онъ бы мн? не лаялъ».

Н?кому рекъшю к нему[6]: «Оньсии зл? ти лаяшеть»— и отв?ща: «Ръци ему: атъ мя и бьеть кром? суща!»

Диогенъ. Сей, лаемъ от н?коего пл?шива, и рече: «Азъ лаяньемъ на въздаю теб?, но хвалю власы главы твоея, зан?, испытавъши главу твою безумьную, и отб?гоша!»

Аристипъ. Сей, от иного лаемъ, отступаше, затокъ уши. Оному же рищющу по немъ и кличющю: «Чему б?жиши?» — он же рече: «Ей же, ты бо власть имаши зл? молвити, азъ же власть имамъ ни стояти, ни слышати тебе».

Филимонъ. Иже лаяние претерьпить, кр?плии есть вс?хъ. Аще бо лаемъ не твориться ни слышая, то лающему есть горьчай смерти.

Димостенъ рече. И иному лающю ему, и рече: «Не борюся с тобою: имъ же бо одол?ю теб?, т?мъ яко одол?нъ буду».

Дионъ Римьскый. Якоже очьная бол?знь вид?ние омрачает и възбраняеть лежащая предъ собою вид?ти, такоже и неправедное слово, аще вънидет въ праведныхъ разумъ, то омраченьемъ гн?внымъ не дасть вид?ти истины.

Дионисий цесарь реч. Сьй, слышавъ, цесарь, яко два уноши много молвиста на нь и на цесарьство его въ пиру, и повел? възвати я къ соб? на об?дъ. Видъ же единого упивъшася и много суетная глаголаше, а другаго съ страхомъ пьюща и съ блюденьемъ, оного отпусти, зан? пьяница естьствомъ былъ, а оного пос?че, яко злоумьника и волею блудяща.

О ЛАСКАНЬИ

Плутархъ. Ласканье подобно есть щиту нетверду, вапомъ украшену: на нь же зр?ти сладъко, а потребы в немъ н?сть ни единоя.

Фитионъ рече. Морьст?и свиньи пловуть съ пловущими до самого брега морьскаго, на брегъ же не выходять. Такоже и ласкавци до тихости пребывають съ своими другы- а имъ же преклоняться друзи его на убожьство и на жесточ?ишее житье, то отходять.

О БОГАТЬСТВ?, И О УБОЖЬСТВ?, И О СРЕБРОЛЮБЬИ

Богатый възглаголеть — и вси умолкоша, и слово его възвысиша до облакъ.

Нускый рече. Луче есть мало им?ти съ добрымъ, нежели много съ злымъ.

Диогений. Сь, въпросимъ от ин?хъ, въскую злато бл?до есть, и отв?ща: «Зан? мнози на нь помышляють».

Тимодинъ. Сь, въпросимъ, что есть вышьши, богатьство ли или мудрость, и отв?ща: «Не в?мъ, но обаче вижю мудрыя, къ вратомъ богатаго ходяща».

О УДОБЬИ

Луче хл?бъ съ солью въ молчаньи и бес печали, нежели предложение брашномъ многоц?нънымъ съ мятежемъ и съ ужасомъ.

Климий. Всякое чресъ м?ру пакостно.

Филонъ. Книголюбець, мало пищи и питья приемьля[7], стоить межи смертью и бесмертием: смертна бо т?ла д?ля приемлеть нужное, и душа его, бесмертия желающи, многоц?нныя пища не ищеть.

О МОЛИТВ?

Епикуръ рече. Аще бы богъ, послушая молитвы вс?хъ челов?къ, и сътворилъ бы въсл?дъ моленья ихъ, то весь род челов?ческый погыблъ бы, зане много зла другъ на друга молит.

О УЧЕНИИ И О БЕС?Д?

Богослов[8]. Негласно д?ло лучи есть, нежели слово несвершено.

Уне есть на себ? узду носити и от ин?хъ хытрыхъ коньникъ исправливатися, нежели намъ ин?хъ убо обуздати и коньникомъ быти.

Д?и словесная, а не глаголи д?яния.

Плутархъ. Сь глаголаше, яко Клеанфии и Ксенократий, тупа суща паче ин?хъ ученикъ, поношена быста. Она же отв?щаста: «В? подобна съсудомъ тонкожерлымъ, яже, едва приемля л?емая, твердо и добр? хранять и».

Филиппъ цесарь. Гудьцю ладящю гусли своя, и Филипъ, с?дя, и рече: «Криво ладиши, инако было». И гудець отв?ща: «Да не тако попустить богъ гн?въ свой на тя, цесарю, яко тоб? лучьши мене ум?ти гусльная!»

Якоже и коневи рзание, и псу брехание, и волови рютье, и лютому зв?ри риканье дано есть, да то ихъ знаменье есть, такоже и челов?ку слово, да то его знаменье, то же его градъ, то же его сила, то же оружье, то же и ст?на, сь животенъ боголюбенъ кром? вс?х животъ симъ почтенъ есть.

Мосхионъ. Егда бес?дуеши съ ин?ми, преже смотри, аще луче тебе есть спов?стьникъ тъ или хужьши, или равенъ теб?. Аще разум?еши и лучыиа себе — то покорися ему, аще же хужьши — то покори и, аще ли ровенъ тоб? — то одиноумися с нимъ.

Солонъ. Сь глаголаше, яко слово — образъ есть д?лу[9].

Иродот. Равное добро есть, о цесарю, аще кто самъ о себ? добро мыслить и иного, глаголющаго добро, хочеть послушати.

О НАКАЗАНИИ

Еврипидий. Вси есмы хитри наказати, а сами не в?мъ, что сътворимъ.

Осопъ. Сь рече: «Кождо насъ два м?ха носить: единъ пред собою, а другый — за собою. В предний же кладемъ чюжие гр?хы, а въ задний — свои».

О ЛЮБОМУДРИИ И О УЧЕНИИ Д?ТИИ

Златоустъ. Рьци ми, кто васъ, домовь шедъ, книгы взялъ крестьяньскыя въ руку и чтение челъ, и испыталъ писание? Никто же можеть того изрещи. Но тавл?и и шахы въ многых васъ обр?таеми суть, а книгъ ни въ кого же, разв? и въ малыхъ, но и ти таци же, якоже и не им?юще: съгнувъше бо я, и кладуть въ лари — а въсе имъ тъщание на харатийную тонкоту и на грамотную красоту, а о чтеньи не пекуться. Не душевныя пользы ради стяжають книгы, но хотяще явити богатьство свое и гордость. Тако преумножися въ них тъщеславие, а никто же слыша рькуща: «В?мъ книжную силу!»

Невозможно есть велика учения начати мало учивъся.

Климий. Мудрость въсл?дуеть д?янию, якоже и т?лу ст?нь.

Д?латели, видящи класы, клонящася к земъли, радуються, в?дуще, яко исполнени суть жита- аще же прости стоять, печаль возложать д?лателемъ, в?дущимъ, яко тъщи суть. Такоже и унош?, тягости тъще? и мудростьно? не имуще, с шатанием живуть, и образъ хожения, и лица ихъ буява, и обиды испольнена, имъ же не щадять всего. Наченше же съзирати и плодъ събирати от слова, тогда гордыньну укору отм?тають. Якоже съсудъ тощь, въздуха исполнен есть, нальянъ же водою или виномъ, или инымъ чимъ исполненъ, воздухъ отходит, такоже и челов?ци, исполнивъшеся истинънаго блага, отступаеть тщеславие.

Еронъ. Сь цесарь сикелиискыи въпроси Ксенофонта о творци Омир?, и, оному же хулившю его, пакы въпроси его: «Колико рабъ им?еши?» А тому рекшу: «Два, и тою едва могу укормити»— и отв?ща ему Иеронъ: «Не стыдиши ли ся, охуляи Омира, иже по своеи смерти кормить боле ста тысячь своим творениемъ?!»

Лаосъ рече. Сь, въпросимъ, что есть мудрость, и рече: «Искушение».

Чьто есть челов?ку умну тяжел? всего работати? Отв?тъ: А тяжел? всего челов?ку умну работати глупа и упряма учити челов?ка.

О БОГАТЬСТВ? И О УБОЖЬСТВ?

Сирахъ рече. Въспомяни гладъ въ время сытости, убожьство и скудьство во время богатьства: от утра и до вечера прем?няеться время.

Вазнь, якоже стр?лець, овогда улучаеть, стр?ляющи въ насъ яко въ начичь, овогда же на прилежащая ближняя.

Димонаксъ. Кажеть поб?да храбраго, а напасть умнаго.

Димитрий. Иже не можеть кр?пъко держати печали, то радости не терпить.

Добровазнье мню, якоже и овощь: времени же минувшю исъхнеть.

О ЯРОСТИ И О ГН?В?

Сирахъ. Ярость и гн?въ умаляеть дни.

Плутархъ. Ярость подобна есть суц?: якоже она сл?па ражаеть щенята, такоже и от ярости сл?пы вины исходять.

Лютъ конь уздою въздержиться, а скоръ гн?въ умомъ обуздаеться.

Кротъко слово сазрушаетъ гн?въ.

Сотионъ. Сей рече: «Б?ста два мужа мудра, а гн?влива — Араклитъ и Димокрит. Единъ же, разгн?вався, прослезися, а другый — см?яшеться, и т?мъ нравомъ отб?госта ярости».

О МОЛЧАНИИ И О ТАЙН?

Богословъ. Глаголи, когда чюеши слово луче молъчания, молчанье же люби, еже чюеши луче глаголанья.

Пупо риторъ. Не хотя слышати многы р?чи, повел? рабомъ своимъ протива прашанья отв?щевати бес приложения. Потомъ же, почтити хотя Клавдия князя об?домъ, и посла зватъ его и устроивъ св?телъ пиръ. Наставъшю же часу об?дьнему, и инии звании все приехаша, а Клавдия вси чаяху, и многажды посылаше обычнаго зватая съ загляданиемъ, аще идеть. Вечеру же бывъшу, отчаянъ бывъ Клавдии и рече рабу, звавшему и?: «Звалъ ли еси?» — онъ же рече: «Ей!» И рече: «Како не приде?» — и онъ рече: «Яко не б? часъ». И онъ рече: «Въскую ми еси исперва не пов?далъ?» И онъ рече: «О томъ бо еси мене не прашалъ».

Зинонъ философъ. Мучимъ цесаремъ Дмитром, да бы проявилъ которую тайну своего отечьства, и нудимъ сый, укуси языка своего и рождьвавъ, выплюну на нь.

. Сь, въпросимъ, что люто во всемъ житии, и отв?ща: «Молчати, яже льз? глаголати».

. Сь, въпросимъ, кто тайну может хранити, и отв?ща: «Иже угль горячь можеть возложити на языкъ».

Н?кому поносящю ему, яко воняеть ему душа, и отв?ща: «Многы бо тайны изъгнили суть въ моемъ горл?».

О МНОГОПЫТАНИИ И О МОЛЧАНЬИ

Алькивиадъ. Сей им? пса красна- и седмь тысящь злата въдасть на немъ — и отр?за ему хвостъ. Н?кому въпрошьшю его, что ради тако сътвори, и рече: «Да быша о томъ молвили люди, а не о мн?».

Мосхионъ. Н?кому рекъшю к нему: «Чему села не брежеши, а собою печешися?» — и рече: «Того д?ля пекуся, его же д?ля и село стяжахъ».

Герионъ. Сь, узр?въ мужа, на небо зряща и зв?зды пытающа,— и въ пропасть въпадъшася, и рече: «По достоянью еси приялъ, иже, земнаго не св?дая, и небесныхъ пытаеши!»

О МНОГОИМАНЬИ И ОБИД?

Иже, чюже грабяи, съзидаеть имъ домъ свои, то яко каменье собра въ р?ку зимьнюю.

Диогенъ. Се засталъ татя, крадуща каменье его, и, оному запирающуся и глаголющю, яко: «Не в?дая, твоя суща, украдохъ»— и рече: «Аще не в?далъ еси, яко — не твоя суть?»

Аще яже им?емъ, не требуемъ, а яже не требуемъ, ищемъ, то от обоего лишени будемъ: овыхъ приклученья д?ля, а овыхъ — себе д?ля.

О ЧЬСТИ РОДИТЕЛЬ

Иже хотять промыслити своими отци, да позрять на стеркы. Они же, узр?вше своего отца и старостью безъ крылъ суща, окрестъ его стояще, набьдять своими крылы и корьмлю без зависти подають, и, егда лет?ти хочеть, помагають ему, по малу облегчающе своими крилы.

Прокопий . Якоже удеса телесная наших д?тии от рожьства повиваються, да быша кр?пка и права, и была дебела, такоже исперва подобаеть нам нравъ д?тиный исправливати.

Такъ буди родителем своимъ[10], акъ бы молилъ быти д?темъ своим.

Никоклисъ. Жен? его поносящи ему[11], зане сына своего, блудна суща, не прииметь, онъ же рече, плюнувъ: «И си слины от мене суть, но не на потребу ми есть!»

О СТРАСТИ

Лиственая трясанья устрашають заяци, а мужии некр?пъкыхъ — ст?нь невещьный.

Виасъ. Сь, въпросимъ, что въ семъ житии без страха есть, и отв?ща: «Св?сть права».

О СКОРОВОЗВРАЩАЮЩИМСЯ И О ПОКАЯНИИ

Соломон. Мужь, ворочаяся языкомъ, падеть въ зло.

Имъ же простъ на изм?нение бываеть умъ, т?хъ и житье бесщинъно есть.

Челов?ци подобни суть облакомъ, иногда въ ино м?сто воздухомъ носими.

Т?хъ мнимъ безумъныхъ, иже скоро преклоняться на об? стран?, якоже вихръ вертимъ, и гворове воднии, и морьскыя волны нестаемы.

Садъ, часто пресажаем, плода не носить.

Епихаръ. Мудру мужу недостойно каятися, но промыслити.

О ГР?С? И О ИСПОВ?ДАНЬИ

Плутархъ. Ни огня возможно покрыти ризою, ни скверна д?ла с л?ты.

О ЧРЕС? СЫТОСТИ ЧРЕВУ УГАЖАЮЩЕ

Душа, насытившися, и медвена гнушаеться ста.

Стужающю чреву, съм?ряеться сердце, веселящю же ся ему — гордить умъ.

Сь, званъ на пиръ[12], не об?щася, преже даже не въпроси, котории звани суть, и рече, яко въ одиномъ корабли плути можеть терп?ти, или въ одиномъ дому жити, а въ пиру съ злыми съсм?ситися — без ума есть.

Катонъ. Сь рече: «Люто есть чревомъ пов?сти д?яти, ушью не им?ющу».

Волкъ, вид?въ пастуха, ?дуща чюжи овци отай въ куч?, и рече: «О, колико бысте голкы съставили, оже быхъ то я створилъ!»

О ПЕЧАЛИ И О БЕСПЕЧАЛЬИ

Соломонъ. Яко моль риз? и червь древу, тако и печаль мужеви пакостить сердцю.

Святаго Василья. Якоже черви въ изгнил? древ? ражаються, такоже и печаль въ мякъкыя челов?кы входить.

Сократъ. Сеи, въпросимъ, что опечалить благыхъ, и рече: «Слава лукавыхъ».

Безумнии временем забудуть печали, а умнии — словомъ.

О СЪН?

Плутархъ. Въ дни спящу Филипу цесарю, и властелемъ его при?здившимъ къ нему и пред враты стоявше, и жалующим продолженья лежанья д?ля, Пармении же, выникъ, и рече имъ: «Не чюдитеся, еже нын? Филипъ спитъ: когда бо вы спасте, тогда онъ бьдяше!»

О ПЬЯНЬСТВ?

Куръ цесарь, слышавъ, яко уноши, пьюще, много хулы изрекоша на нь, и, утру бывъшю, вс? повели привести предъ ся и въпроси перваго, аще тако изъглаголаша о немъ. Онъ же отв?ща: «Тако рекохомъ, цесарю, и боле сихъ быхомъ изорькли, аще быхомъ боле им?ли вина!»

Диогенъ. Сему въдаша много вина въ пиру, и, въземъ, пролья. Ин?мъ же поносящимъ ему, зан? губить вино, и се отв?ща: «Аще бы вино не погыбло мною, то азъ быхъ погыблъ виномъ».

Нахаръсосъ. Сеи рече: «Егда сядеши в пиру, первую чашю испьеши здоровью, а въторую сладости, а третиюю безумью, а посл?днюю — б?совьствию!»

Софоклисъ. Сь, въпросимъ, рече: «Лоза три розгы ражаеть: первый съ сластью, вторый пьяньства, третьюю безумью».

О ДЕРЗОСТИ И О ОБЛИЧЕНИИ

Сему древле послану от Афиней[13] къ Филипу цесарю и съ дерзновениемъ бес?дующю, и Филипъ рече: «Не убоиши ли ся, зан? повелю ус?кнути главу твою?» И онъ рече: «Ни, аще бо ты ус?кнеши ю, то мое отечьство бесмертиемъ почьстить ю».

Врагъ, истину испов?давъ, луче лицем?рна друга.

О СТРАДАЛЮБИИ

Димостенъ. Сь, въпросимъ, како риторикию училъ, и рече: «Склочилъ масла боле вина».

О ТЩЕСЛАВИИ

Не хвались, егда ся явиши лучши злыхъ, но печалуйся, егда добрых не пристигнеши.

Буесть отнимаеть бытье мудрьное.

Тать ненавидить солньца, а гордый — кроткаго.

Сей, узр?въ отрока[14], о многоц?нне хламид? гордяща, и рече ему: «Престани гордя о овчии волн?!»

О ИСТИН? И ЛЖИ

Соломон. Иже ся утвержает лъжею, тотъ пасеть в?тры и птиц? крилатыя.

Богословъ. Истина одина есть, а лъжи многомыслены.

Осопъ. Сь, въпросимъ, что польза от лъжи лъжющимъ, и рече: «Аще и право молвять, не имуть имъ в?ры».

О ХВАЛЕНИИ

Феофилактъ. Истинъная хула лучеи есть лицем?рныя славы.

Исократъ. В?рных мни не т?хъ, иже по твоему слову молвять, но иже противяться глаголемымъ тобою по криву.

О КРАСОТ?

Сирах. Не похвали мужа красоты его ради, красота челов?ческая познаеться възрастомъ с?динъ.

Плутархъ. Приникни къ зерцалу и смотри лица своего: да аще и красенъ ся явиши, твори протива своей красот? и не посрами е? злыми д?лы- аще же злообразенъ еси, то личьное оскуд?ние украси доброд?яньемъ.

Красны жены лобзания блюдися, яко змиина ?да злаго.

О СЛАВ?

Бещестье стерп?ти — велико и кр?пко, а еже слав? причяститися — великы душ? требуеть и з?ло умны, дабы не отпалъ славы приимый. Но оже хощеши славу обр?сти,— отжени славу- аще ли гониши славу — отпадеши славы, та бо слава — ст?нь слав?.

Никто же, на ст?н? вапомъ написана хл?ба зря, аще и велми гладенъ есть, и иде укуситъ его.

Александръ. Сь пл?нилъ инд?янина, славна стр?лыда и нарочита. И он?мъ рекшимъ: «Сь можеть сквоз? перьстень простр?лити» — повел? ему явити хытрость его пред собою. И не хотящу ему повел? пос?щи. Ведущимъ же его на пос?чение, глагола къ водящимъ, яко: «Много время минуло, яко въ руку лука не прияхъ и убояхся, еда, погр?шивъ, погублю си славу». Слышавъ же, Александръ дивися и отпусти и съ дары, зан? умр?ти изволи, нежели славу свою погубити.

О МНОГОМОЛВЛЕНИИ

Евагрий. Молви, яже достойно, и егда достойно, и о нихъ же достойно — и не услышиши, яже не достойно.

Мигдольный цв?тъ мразомъ гыбнеть, зан? ран?и вс?хъ цвететь, челов?ци же многымъ скоромолвлениемъ истляють. Подобаеть беспрестани умом възбраняти языку и въздержати струя его, да не будемъ безумн?ише гусии. Ти бо, егда прилетять от Киликия и къ Таурмении, в?дуще, яко исъполнена м?ста та суть орлии, емлють въ уста каменье, яко замокъ гласу, и нощь прелетять.

Сь, въпросимъ, како дв? уши им?емъ[15], а единъ языкъ, и рече: «Зан? достойно сугубо слышати, а одиною молвити».

О СМИРЕНИИ

Нилъ. Блаженъ мужь, иже им?еть житье высоко, умъ же см?ренъ.

О ВРАЧ?ХЪ

Никоклий. Сь, слышавъ злаго л?чьца, яко глаголаше, велику силу им?еть, и рече: «Како бо не хощеши тако рещи, иже толико людий убивъ, и яко неповиненъ ходиши!»

О ПАМЯТИ

Платонъ рече. Д?ти и стар?и равно непамятиви суть: ови растуще, ови изнемагающе. Что есть память? Держание видимых и слышаныхъ, погонение же ихъ испоминание наречеться. Т?мъ бо тупии памятиви суть, а хитрии въспоминаньливи.

О ЗАВИСТИ

Якоже мухы сдравая удеса прел?тають, а къ гнойнымъ м?стомъ прилипають, тако же и завистивии.

Что стонеши, завистьливыи, о своей ли напасти, цили о чюжем блаз??

Анахарсъ рече. Сь скутьскый философъ, въпросимъ бысть, коеи вины д?ля челов?ци печальни суть воину, и рече: «Яко не токмо о своихъ напастехъ пекуться, но и о чюжемъ добровазньств?».

Зависть — есть струпъ правьд?.

Агафонъ. Аще бы не была въ челов?ц?хъ зависть, то вси быхомъ равни были.

О ВОЛЬН?М И НЕВОЛЬН?М

Уне ти есть волею печальну быти, нежели неволею радоватися.

О РАЗУМ? И О СОБ?

От Евангелия. Что зриши сучьца въ оц? брата своего, а въ своемъ бервьна не видиши!

Платонъ. Начало разуму — разум?нье нев?жьства своего- мы же, не в?дуще ничтоже, мнимся всев?дуще.

Ираклий. Сь, уноша сый, приведенъ бысть пред учителя, вънегда философью учаше, и, въпросимъ сы от него: «Что, уноше, училъ ся еси?», и онъ отв?ща: «Се училъ ся есмь, яко не в?мъ ничтоже». Слышавъ же, учитель чюдися, и вси, окрестъ стоящеи учителя, кликоша: «Воистину сь уноша хитр?е вс?хъ насъ есть!»

О ЗАКОН?

Дионъ. Достойно лежащий законъ твердо хранити и ни единого ихъ не изм?няти, уне бо древний держати законъ, нежели новый, аще и лучии мнитъся.

3алевк. Законъ подобенъ есть паучин?, якоже паучина, яже въ ню вълетить муха или комаръ, то увязнеть въ ней, аще ли бчела или шершень, то, исторгавше, выл?тають. Тако же и законъ: аще въпадеть убогъ и простый мужь, то увязнеть въ немъ, аще ли богатъ или силный, то, р?чью исторгавше, отидуть.

О БЕЗУМЬИ

П?сокъ и соль, и жел?за крици удобь подъяти, нежели челов?ка безумна.

3инон. Н?кто безумный уноша в Акадимии пряшеться о душ?, Зинонъ же рече: «Что ся приши? Не омочивъ языка въ ум?, много съгр?шишь въ слов?».

О БЛУЖЕНИИ

Диогенъ рече. Сь, приступивъ къ н?коему унош?, испортивъшю отчю власть, и просяше у него десяти литръ злата. Унош? же рекшу: «Въскую въ ин?хъ по цят? просиши, а у мене десяти литръ?»— и отв?ща: «У ин?хъ бо чаю взяти что, а у тебе ничьтоже».

3инонъ. Сь пряся с раздавающимъ им?ние безума блудънымъ и, оному отв?щавшу.яко от множьства мало исклачиваемъ, онъ же рече: «Или повари безумны суть, иже, пересоливъше брашно, и рекуть: “Много бо соли у нас есть?”»

О БЛАГОРОДИИ И О ЗЛОРОДЬИ

Димостенъ. Не та пшеница добра мниться, иже на добр? поли пожата, но яже полоньна и на пищу угодна есть- такоже и мужа расудимъ не от славнаго рода, но от нрава.

О СМ?С?

Соломон. Буявый въ см?хъ възносить глас свой, мужь же мудръ едва с кротостью улыснеться.

Епиктит. См?хъ отгони и см?ху начальникъ не буди: м?сто бо то полъзъко къ хул?.

О СЪН?

Сонъная вид?ния дньныхъ помыслъ суть възглашения, иже во сн? видимь любимая, т?мъ и ут?шаеться.

Паче м?ры спати подобаеть мертвымъ, нежели живымъ.

О БЕЗЛОБИИ И О НЕВОСПОМИНАНИИ ЗЛУ

Есхиний. Сь осуженъ бысть от афин?й, а Димостенъ, иже б? наставникъ граду, посла к нему 10 тысящь злата, ут?шая и, дабы мужьскы терп?лъ осужение и нужю бес бечали. Онъ же рече: «А како могу не печаловатися, выгонимъ сы от такового отечьства, въ немъ же обидимии пользують обидящимъ?»

О НЕПОСТОЯНИИ ЖИТЬЯ

Егда вся житья твоего исправливаються по твоей воли, тогда и чай изм?нения- и пакы, егда неначаемыя напасти обыдуть тя, тогда чай добра и лучьша.

Димокритъ. Подобиться житье се подърумию, въ немъ же многажды добрии падають, а хужьшии — на лучьшая м?ста выступають.

ЯКО ДОСТОЙНО ЧЬСТИТИ БЛАГОДАТЬ, А ЗЛОБУ ОТГНАТИ

Сократъ. Сей, въпросимъ бысть, который град добр? стоитъ, и отв?ща: «Въ немъ же съ закономъ живуть, а обидящихъ казнятъ».

Солон. Тот град твердъ, в немъ же добрии в чьсти суть, немощенъ въ немъ же элии чьстни.

ЯКО ПРОСТА ЕСТЬ ЗЛОБА. И ОДВА СЯ ГОДИТЪ БЛАГОД?АНИЕ ЧЕЛОВ?КОМЪ

Диогенъ. Сеи въ день древле св?щю въжег, хожаше по граду, и н?коему и просивъшу: «Въскую се твориши, о философе?»— он же рече: «Челов?къ ищу!»

О САМОЛЮБЬИ

Критиас. Люто есть, еда челов?къ не уменъ сы, мниться уменъ быти.

Диогенъ. Друзии челов?ци ин?хъ учат, а сами своего ученья не слушающе- то ти подобьни суть гуслемъ, иже челов?комъ добръ глас испущают, а сами не слышатъ.

О СМЕРТИ

Отъ сего житья добро изити, яко ис пиру: ни жажуща, ни упивъшася добр?.

Сократ. Уне славну мужьскы умрети, нежели жити съ срамомъ.

Виасъ. Узр?въ на пути лежащь мечь и рече: «Кто тя погуби или кого еси погубилъ?»

О МИР? И О РАТИ

Фавиинъ сынъ рече къ отцю: «Исполчимся прямо ратнымъ, и сто от насъ не погыбьнеть». Онъ же рече: «А кто в?сть, аще ты будеши от ста единъ?»

Брань славна лучьши есть мира скудъна.

О УПОВАНИИ

Плутархъ. Ни корабль единомъ якоремъ спасеться, ни се житье единою надеждою.

О ЖЕНАХЪ

Уне жити въ пустыни съ львомъ и съ змиею, неже жити с женою лукавою и язычною.

. Сь, въпросимъ от иного, аще велить ему оженитися, онъ же рече- «Ни! Аще бо злообразну поимеши — мука ти будеть, аще ли красну — инии на ню хотять зр?ти!»

Диоген. Сь, вид?въ жены прящася, и рече: «Зрите: како аспида отъ ехыдны зелья просить!»

Въ триехъ нужахъ был есмь: въ грамотикыи, въ убожии, у люты жены- да двою нужю уб?жахъ, а злы жены не могу утечи!

О ПРОТИВОСЛОВЬИ И О ШАТАНИИ
 

IPSISSIMUS

Administrator
Регистрация:19 Апр 2013
Сообщения:39.261
Реакции:621
Баллы:113
КНИГИ «ПЧЕЛА».

СЛОВА И МЫСЛИ ИЗ ЕВАНГЕЛИЯ, И ИЗ АПОСТОЛА, И ИЗ СВЯТЫХ ОТЦОВ, И ЗНАНИЯ СВЕТСКИХ ФИЛОСОФОВ

О ЖИЗНЕННОЙ ДОБРОДЕТЕЛИ И О ЗЛОБЕ

Соломон. Пусть не прельстят тебя мужи нечестивые, не ходи с ними по пути, но отклони ноги свои от путей их, ибо ноги их на злое бегут, и скоры они на пролитие крови.

Как от оскомины вред зубам и от дыма — очам, так и от беззакония его совершающим.

Всякий, кто держится добродетели, не может не обрасти врагами.

Не место делает добродетельным, но добродетели место украшают.

Нисский. Отвращенье от зла — начало добродетели.

Плутарх. Сияние добродетелей столь же заметно, как и золото на кровлях- сладость же пищи является исстрадавшимся, а добродетель наставленным.

Лживые люди, хоть и доброю речью сговариваются, но нравом своим бесчестны.

Статую внешность украшает, а мужа деянья.

Пожелай жить так, чтобы более сильные тебя не обидели, а ты не страшил бы слабых.

Когда некий муж несправедливо поступил с Плутархом и избегал его, стыдясь встречи, Плутарх, как-то встретив его, сказал: «Не тебе подобает меня избегать, но мне тебя, ибо прав ты».

Если сегодняшний день хорошо устроим, то в будущем ожидай добра.

Сократ сказал. Подобает основанию дома и корабля быть крепким, но также и началу дела справедливым и верным.

Сократ. Вот увидел ученика своего, отдающего силы пашне, а к учению нерадивого, и сказал: «Берегись, друг, если одну лишь пашню хочешь возделать, а душу пустынной оставишь и необработанной».

И он же. Вот увидел друга своего, спешащего к художникам, чтобы вырезали из камня изображение его, и сказал ему: «Ты торопишься камень себе уподобить, почему же не заботишься о том, чтобы самому не уподобиться камню?»

Неспешно дело начни, начав же, быстро кончай.

Диоген. Некто поносил его за то, что по нечистым местам ходит, и отвечал он:«И солнце также нечистые места освещает, но не оскверняется».

Гиперид мудрый сказал. Достойно доброго являть в словах то, что думает, а в делах — что творит.

Аристотель сказал. Бог может сотворить сколько захочет, из людей же хорош тот, кто пользу принесет.

Знаком мужской добродетели бывает не дел начинанье, но их завершенье.

О МУДРОСТИ

От Апостола. Не будьте детьми умом, на злое же будьте как младенцы, а по уму как зрелые люди.

Лестница, сделанная и поставленная прочно у здания, в землетрясенье не рухнет, так же и сердце, укрепленное мыслью, в час испытания не устрашится.

Сирах. Один алчный сказал так: «Лучше мне иметь каплю счастья, чем бочонок ума». Ему отвечая, философ сказал: «А мне бы каплю ума, чтоб достичь полноты счастья».

Сократ. Когда рассуждаешь, подумай о прежде бывшем и сравни его с нынешним- и все, что сокрыто, явным сразу окажется.

Ибо прекрасная речь знаком великим возвышенных мыслей является.

Диодор. Мудрый совет важнее множества рук, и мудрый сильнее твердого.

Аристотель сказал. Советы не что иное, как оскуденье ума. Ибо, не зная, что следует делать, а что — нет, оттого и просим совета- мненье другого не дает нам решить, как следует.

Кто-то спросил Вианта, кто лучший советчик, и ответил тот: «Время».

Фаворин сказал. Следует нам, завершенье дела сперва рассмотрев, лишь тогда начинать его.

О ЧИСТОТЕ И О ЦЕЛОМУДРИИ

Иов. Если обратилось сердце мое к женщине замужней, если сижу я в дверях ее, пусть и супруга моя стала б кому-то желанной.

Не льют благовоний в грязный сосуд.

Плутарх. Агесилай, лакедемонский полководец, когда одна красивая женщина обратилась к нему, о суде прося, отвернул лицо свое и сказал: «Славнее мне таким не покориться, чем взять многомужный город, ибо лучше мне свою сохранить свободу, чем других покорить».

Даже Александр Македонский не удержался, чтобы не пойти взглянуть на прекрасную жену Дария- однако приходя к старшей годами матери ее, не решился посмотреть на молодую и прекрасную. Мы же, в седле и на носилках, женские очи привлекая, из окошек высовываясь, почему не считаем себя согрешающими?

Эпиктет. Если хочешь быть свободным от рабства, освободись от рабства- будешь свободен, если освободишься от желания.

Менедем сказал. Когда сказал один юноша: «Большое дело, если кто получит все, что желает»,— тот ответил: «Но лучше, если не желает бесполезного».

Ксанф. Ксанф мудрый, увидев расточительного человека при дверях красивой женщины, сказал: «Это маленькое удовольствие принесет большую беду».

О МУЖЕСТВЕ И О ТВЕРДОСТИ

Сократ. Этот, увидев врата Коринфа прочно замкнутыми, сказал: «Разве женщины здесь живут?»

Александр. Так, умоляемый дружиною ночью напасть на врагов, сказал: «Не царского мужества такая победа».

Леонид сказал. Этот Леонид лакедемонский, мало имея воинов, пошел на персов, и ему некто сказал: «Как с малым войском идешь на такую силу?» Он же ответил: «С малым, но с добровольцами, и достаточным, чтобы биться».

Аристотель сказал. Тверже тот, кто побеждает желания, а не воинов. Лишь тот смел и храбр, кто себя одолеет.

О СПРАВЕДЛИВОСТИ

Царь Филипп. Поручил он другу Антипатра судить с судьями- но лишь стало ему известно, что тот краскою красит бороду и голову, свел он его с судейского кресла и сказал: «Коли волосам своим ты неверен, как людям и суду можешь быть верен?»

Менандр. Пусть лучше грабит меня богатый, чем бедный, и пусть претерплю обиду от благородного, чем от низкого. Лучше терпеть насилье от более знатных, чем от худших.

Гиперид сказал. По двум причинам люди от правды отходят — или страха ради, или позора.

Пифагор. Мучимый своими страстями и совестью злей страдает, если кого обидит, чем битый по телу и получивший раны.

О БРАТСТВЕ И О ДРУЖБЕ

Кто ставит другу своему силки, тот сам попадет в них ногою.

Не покидай друга старого, ибо новый не будет ему подобен.

Филон. Человек справедливый не тот, кто не обидит, а который мог бы обидеть, и не захотел.

Если не можешь другу угодить, то как чужому сможешь быть верен?

Все новое лучше — и сосуды, и одежда, а дружба — старая.

Земные плоды от года до года рождаются, а дружба во все дни.

Аристотель. Богатство стоит приобретать ради друга, но не друзей ради богатства.

Вот, упрекаемый, что с дурными живет, отвечал он: «Хороший врач тот, кто берется лечить больных, которых другие врачи признали уже безнадежными».

Критий. Если всегда о приятном беседовать с другом, то удовольствие наконец во вражду обратится.

Антигон-царь сказал. А этот просил рабов, чтобы охраняли его от мнимых друзей. И когда спросил его кто-то: «Отчего ты о том умоляешь?» — отвечал: «Потому что от врагов я и сам сберегусь, их зная».

Агесилай сказал. Некий перебежчик перешел к нему от противника и, когда полководцы пожелали поручить ему своих воинов, сказал: «Нельзя доверить чужих сбежавшему от своих».

О МИЛОСТЫНЕ

Питакон. Этот, обиженный кем-то, хоть и в силах был отметить за себя, но простил, говоря: «Прощение лучше мщенья: кроткой оно природы, а не звериной».

Некий разбойник тонул в море и нагим выплыл к берегу. Исократ же, видя его от стужи умирающим, и одел, и обул его, и, пищу дав ему, отпустил. Когда же упрекнул его кто-то, что неизвестного разбойника пригрел, отвечал: «Не как человека почтил я разбойника, но природу человека почтил».

О БЛАГОДАРНОСТИ

Змею кормить и распутному давать — все едино: от обоих никакой пользы не будет.

Тиран Дионисий, слушая музыканта, хорошо игравшего, обещал ему в дар дать меру золота. Когда же настало утро и пришел музыкант просить обещанного, тот отвечал: «Ты, вчера играя, веселил меня песнями, и я так же обещанием возвеселил тебя- нынче же от ушей моих удалилось твое веселье, а от тебя — надежда на меня».

Когда некий друг, желавший дочь выдать замуж, просил у Александра приданого ей, этот пожелал дать ей пятьдесят талантов золота. Когда же просивший сказал: «Достаточно и десяти талантов», Александр отвечал: «Достойно тебя столько просить, меня же достойно дать столько, сколько сказал я».

Он же, наполнив блюдо костями, послал Диогену, философу-кинику. Тот же, приняв, сказал: «Вот собачья еда, но не царский дар».

Диоген сказал. Этот, спрошенный кем-то, по какой причине люди нищим дают, а философам — нет, отвечал: «Потому что хромоты, слепоты и прочих убожеств и себе ожидают, а мудрости — нет».

Эпикур. Не отвергай малого дара: ибо возникнет недоверие к большему.

О ВЛАСТИ И О МОГУЩЕСТВЕ

Плутарх. Пословица говорит: детям ножа не давай- я же добавлю: ни детям богатства, ни людям невежественным силы и власти доверить нельзя.

Дион Римский. Все, что велишь подчиненным своим — как быть и что делать,— сначала выполни сам, потом же учи. Тем самым ты лучше научишь, чем наказаньем согласно закону: там ведь идет подражанье, здесь — страх, а лучше всегда с подражаньем, чем со страхом, идти к совершенству.

Демокрит. Пожелай быть любимым при жизни, а не страшным: ибо кого все боятся, тот сам всех боится.

Царь короной ума не получит, ибо царствует ум.

Агафон. Князю необходимо о трех вещах помнить: первое — что людьми управляет- второе — что закон ему дан от бога- третье — что власть эта временна и пресекается.

Эпаминд из Фив увидел множество воинов без достойного вождя и сказал: «Велик зверь, а головы не имеет».

Когда фивейцы гордились тем, что владели Лакедемонией, фракийский царь Кутус, услышав это, сказал: «Я видел много ручьев, которые больше рек — но на краткое время».

О ЛЖИ И О КЛЕВЕТЕ

Лучше злое .слышать, чем злое сказать.

Когда пришел к нему клеветник и сказал: «Вот такой-то предо мною так уж поносит тебя»,— отвечал: «Если бы ты с таким наслажденьем не слушал его, он бы меня не бранил».

Когда кто-то сказал ему: «Тот-то свирепо тебя бранит»,— отвечал: «Скажи ему, пусть и побьет меня, но так же — заочно!»

Диоген. Этот, поносимый неким плешивцем, сказал: «Я бранью тебе не отвечу, но восславлю волосы на твоей голове, ибо, испытав на себе все безумство твоей головы, они убежали!»

Аристипп. Когда поносил его некто, то отходил, заткнув уши. Когда тот побежал за ним с криком: «Почему убегаешь?» — он сказал: «Да, ты вправе зло говорить, но ведь и я волен не стоять и не слушать тебя».

Филимон. Кто брань перетерпит, тот тверже всех. Коль поносимый как будто не слышит брани, то ругателю это страшнее смерти.

Демосфен сказал. Когда кто-то ругал его, сказал он: «Не отвечаю тебе: чем я тебя одолею, то одолеет меня».

Дион Римский. Как глазная болезнь зрение портит и мешает лежащее перед тобой видеть, так же и несправедливое слово, войдя в сознание достойных, затмением гнева не даст увидеть истину.

Дионисий тиран сказал. Царь этот, услышав, что два юноши на пиру оговаривали его самого и правленье его, повелел призвать их к себе на обед. Видя, что один из них напился и наговорил много пустого, а другой — пил с опаской и с предосторожностью, первого отпустил, ибо был он всего лишь пьянчужкой, а второго казнил как злоумышленника, действующего сознательно.

О ЛЕСТИ

Плутарх. Лесть подобна некрепкому щиту, краской расцвеченному: смотреть на него приятно, нужды же в нем нет никакой.

Сотион сказал. Дельфины плывут с пловцами до самого берега, на берег же не выходят. Так и льстецы в благополучии остаются со своими друзьями- если же друзья впадут в бедность и тяжкую жизнь, то исчезают.

О БОГАТСТВЕ, И О БЕДНОСТИ, И О КОРЫСТОЛЮБИИ

Богатый заговорит — и все умолкли, и слово его вознесли до небес.

Нисский сказал. Лучше малое иметь по-доброму, чем многое по-плохому.

Диоген. Этот, спрошенный некими, почему так бледно золото, отвечал: «Потому что многие на него помышляют».

Симонид. Этот, спрошенный, что выше, богатство или мудрость, отвечал: «Не знаю, но, однако, вижу мудрых, к дверям богатого ходящих».

ОБ УМЕРЕННОСТИ

Лучше хлеб с солью в спокойствии и без печали, чем обилие изысканных блюд в волнениях и в отчаянии.

Климий. Все, что чрезмерно, пагубно.

Филон. Добродетельный, мало пищи и питья принимая, стоит между смертью и бессмертием: смертного тела ради берет необходимое, а душа его, желая бессмертия, изысканной пищи не ищет.

О МОЛИТВЕ

Эпикур сказал. Если бы бог, вслушиваясь в молитвы всех людей, исполнил все их желания, род человеческий погиб бы, столько зла друг другу они желают.

ОБ УЧЕНИИ И О БЕСЕДЕ

Богослов. Безмолвное дело лучше бесполезного слова.

Лучше на себе узду носить и иным искусным наездникам подчиняться, чем взнуздать других и самим стать наездниками.

Делай сказанное и не говори о сделанном.

Плутарх. Этот рассказывал, что Клеанфа и Ксенократа, самых бездарных из учеников, осуждали. Те же отвечали: «Мы подобны сосудам узкогорлым, которые, с трудом принимая вливаемое, стойко и хорошо его хранят».

Филипп-царь. Когда музыкант настраивал гусли свои, Филипп, сидя, сказал: «Неверно делаешь, было иначе». И музыкант отвечал: «Да не обрушит на тебя бог свой гнев, о царь, за то, что и в музыке ты лучше меня разбираешься!»

Как коню ржание, и псу лай, и волу рев, и барсу рычанье дано, и это их признак, так и человеку слово, и это признак его, и сила его, и оружье, оплот и ограда- боголюбивое живое существо из всех прочих животных этим отмечено.

Мосхион. Когда беседуешь с другими, посмотри, лучше тебя собеседник или хуже, или равен тебе. Если увидишь, что лучше — покорись ему, если же хуже — его покори, если же равен тебе — то будь с ним в согласье.

Солон. Этот говорил, что слово — вид дела.

Геродот. Равное благо, о царь, если кто сам о себе думает верно и другого, говорящего верно, захочет выслушать.

О ПОУЧЕНИИ

Еврипид. Все мы искусны поучать, а сами не ведаем, что творим.

Эзоп. Этот сказал: «Каждый из нас два мешка носит: один перед собою, другой — за собой. В передний складываем чужие ошибки, в задний же — свои».

О ФИЛОСОФИИ И ОБ УЧЕНИИ ДЕТЕЙ

Златоуст. Скажи мне, кто из вас, домой возвратясь, книги взял христианские в руки, и прочел, и обдумал написанное? Никто не может этого сказать. Вот карты и шахматы у многих из вас можно найти, а книг ни у кого, разве что у немногих, но и те таковы же, как и не имущие книг: закрывши, кладут их в лари — вот и вся забота о книжной мудрости и письменной красоте, а о чтении и не заботятся. Не душевной пользы ради приобретают книги, но желая явить богатство свое и гордыню. Так преумножилось среди них тщеславие, и нет никого, кто сказал бы: «Знаю силу книги!»

Невозможны обширные знанья при малом ученье.

Климий. Мудрость сопровождает деянье, как тень тело.

Земледельцы, видя колосья, к земле склоняющиеся, радуются, зная, что наполнены зернами- если же колосья прямо стоят, тревожатся земледельцы, зная, что пусты они. Так же и юноши, тягости от отсутствия знаний не ощущая, живут в колебанье, и даже походка и лица их заносчивы, и вражды исполнены, и никого не щадят они. Начав же осматриваться и плоды собирать от ученья, от суровых попреков они избавляются. Как сосуд пустой, воздухом наполненный, наливаясь водою или вином, или иным чем наполняясь, воздух изгоняет, так же и люди, исполнившись истинного блага, изгоняют тщеславие.

Гиерон. Этот царь сицилийский спросил Ксенофонта о поэте Гомере, и, когда тот стал порицать Гомера, снова спросил: «Сколько у тебя рабов?» И когда тот ответил: «Двое, и тех едва могу прокормить»,— отвечал ему Гиерон: «И ты не стыдишься порицать Гомера, который после своей смерти кормит более ста тысяч своим творением?!»

Лаос сказал. Этот, спрошенный, что такое мудрость, ответил: «Опыт».

Что человеку умному тяжелее всего делать? Ответ: А тяжелее всего человеку умному глупого и упрямого учить человека.

О БОГАТСТВЕ И О БЕДНОСТИ

Сирах сказал. Вспомни голод во время сытости, бедность и скудость во время богатства: от утра и до вечера пременяется время.

Счастье, подобно стрелку: иногда попадает в нас, как в мишень, иногда же в ближайших соседей.

Демонакс. Выказывает победа храброго, а несчастье умного.

Димитрий. Кто не умеет твердо держаться в печали, тот радости не перенесет.

Везенье сравню с овощем: как время настанет — засохнет.

О ЯРОСТИ И О ГНЕВЕ

Сирах. Ярость и гнев умаляют дни.

Плутарх. Ярость подобна суке: как та слепыми рождает щенят, так и слепые обвинения в ярости исходят.

Дикий конь уздой удержится, а скорый гнев умом обуздается.

Кроткое слово укрощает гнев.

Сотион. Этот сказал: «Было два мужа мудрых, но гневливых — Гераклит и Демокрит. Один, разгневавшись, прослезился, а другой — рассмеялся, и таким образом избавились от ярости».

О МОЛЧАНИИ И О ТАЙНЕ

Богослов. Говори, когда чувствуешь, что речь лучше молчанья, к молчанью же прибегай, если чувствуешь, что оно лучше речи.

Судья Пупо. Не желая слушать долгих речей, велел рабам своим на просьбы отвечать без разбирательства дел. Однажды, думая почтить правителя Клавдия обедом, послал звать его и устроил богатый пир. Когда же настало время обеда и прочие званые все собрались, Клавдия все еще ожидали и много раз посылали положенного дозорного поглядеть, не идет ли. Когда же наступил вечер, отчаялся судья дождаться Клавдия и спросил раба, приглашавшего того: «Звал ты его?»— тот же отвечал: «Нет, ибо нет времени». И сказал судья: «Почему ты мне не сказал об этом сразу же?» И раб ответил: «Об этом ты меня не просил».

Зенон-философ. Пытаемый тираном Димитрием и понуждаемый выдать какую-то тайну своей родины, откусил язык свой и, разжевав, выплюнул в него.

Аристотель. Этот, спрошенный, что в жизни труднее всего, ответил: «Молчать, если можно говорить».

Сократ. Этот, спрошенный, кто тайну может хранить, отвечал: «Тот, кто уголь горячий держать на языке сумеет».

Когда кто-то поносил его за зловоние изо рта, он ответил: «Ибо многие тайны сгнили в горле моем».

О СУЕТНОСТИ И О СПОКОЙСТВИИ

Алкивиад. У этого был красивый пес- семь тысяч золотом отдал за него — и отрезал ему хвост. Когда кто-то спросил, зачем он так сделал, ответил: «Чтобы о том судачили люди, а не обо мне».

Мосхион. Когда кто-то спросил его: «Почему поместьями пренебрегаешь, о себе же заботишься?»— ответил: «Потому же забочусь, ради чего и поместья приобретал».

Герион. Этот, увидев человека, на небо взиравшего, вопрошавшего звезды и упавшего в пропасть, сказал: «Получил по заслугам, ибо, не разумея земного, у небес вопрошаешь».

О ГРАБЕЖЕ И ОБИДЕ

Кто, грабя чужое, на том созидает дом свой, тот будто камни складывает на замерзшей реке.

Диоген. Этот застал вора, крадущего камни его, и, когда тот стал запираться и говорить: «Не знал я, что твои камни я крал»— сказал: «А разве не знал ты, что они — не твои?»

Если тем, что имеем, не пользуемся, а то, что не нужно, ищем, то и лишимся всего: того из-за случайности, а этого — по своей вине.

О ПОЧИТАНИИ РОДИТЕЛЕЙ

Кто думает позаботиться о родителях, пусть взглянет на аистов. Они ведь, видя родителя своего от старости ослабевшим, вокруг него стоя, охраняют своими крыльями и пищу щедро подают, и, когда тот захочет лететь, помогают ему, понемножку облегчая полет крылами своими.

Прокопий . Как и члены телесные наших детей в час рождения повивают, чтобы крепче, прямее были и тверже, так изначала следует нам и детский характер направлять.

Таким будь для родителей своих, какими хотел бы видеть детей своих.

Никоклис. Когда жена порицала его за то, что не хочет принять своего непутевого сына, сказал он, сплюнув: «И эта слюна от меня, но мне не на пользу».

О СТРАХЕ

Шуршанье листвы устрашает зайцев, трусливых мужей — и бесплотная тень.

Виант. Этот, спрошенный, что в сей жизни свободно от страха, ответил: «Чистая совесть».

О НЕПОСТОЯННОМ И О РАСКАЯНИИ

Соломон. Муж, склонный язык распускать, попадает в беду.

У кого к переменам суждения склонны, тех и жизнь беспорядочна тоже.

Люди подобны облакам, все время в разное место влекомые ветром.

Тех признаем безрассудными, кто легко склоняется в обе стороны, как вертящийся смерч, прилив и отлив, как волны морские в бурю.

Сад, часто пересаживаемый, плода не приносит.

Эпихарм. Мудрому пристало не каяться, но обдумать.

О ГРЕХЕ И ОБ ИСКУПЛЕНИИ

Плутарх. Ни огня невозможно накрыть покрывалом, ни временем — скверных дел.

О ЧРЕВУ УГОЖДАЮЩИХ ОБЖОРСТВОМ

Душа, насытившись, и медвяного сота гнушается.

Когда беспокоит желудок, смиряется сердце, когда он доволен — заносится разум.

Этот, званный на пир, не обещал, пока не узнал, кто еще приглашен, и сказал, что с дурными плыть в одном корабле еще можно стерпеть или в доме одном с ними жить, но с ними быть на пиру — безумье.

Катон. Этот сказал: «Трудно с желудком вести разговор: ушей не имеет».

Волк, увидев, что тайно пастух в шалаше поедает чужих овец, сказал: «О, сколько бы шуму подняли, если бы это сделал я!»

О ЗАБОТЕ И О БЕЗЗАБОТНОСТИ

Соломон. Как моль полотну и дереву червь, так мужу забота сердце сверлит.

Святой Василий. Как черви в гнилом дереве рождаются, так и забота в слабых входит людей.

Сократ. Этот, спрошенный, что заботит хороших, сказал: «Слава плохих».

Безрассудные со временем забудут горести, а умные — с речами.

О СНЕ

Плутарх. Однажды, когда спал царь Филипп, и подданные его прибыли к нему, и стояли у ворот, жалуясь на столь длительный сон, Парменид выглянул и сказал им: «Не удивляйтесь, что ныне он спит: ибо, когда вы спали, он бдел!»

О ПЬЯНСТВЕ

Царь Кир, прослышав, что юноши, выпив много, его бранили, когда наступило утро, велел привести пред собою и спросил первого, так ли рассказали о нем. Тот же отвечал: «Так говорили мы, царь, и больше еще сказали бы, если бы больше было вина!»

Диоген. Этому дали много вина на пиру, и он, взяв его, пролил. Когда остальные стали выговаривать ему, зачем он губит вино, так отвечал: «Если б вино от меня не погибло, я бы погиб от вина».

Анахарсис. Так сказал: «Когда находишься на пиру, первую чашу ты пьешь на здоровье, вторую в удовольствие, а третью уже в безрассудство, последнюю же — в сумасшествие».

Софокл. Этот, спрошенный, сказал: «Лоза три побега рождает: первый сладости, второй пьянства, третий безумья».

О ДЕРЗОСТИ И О ПОРИЦАНИИ

Когда Демокрита в древности послали из Афин к царю Филиппу и он разговаривал дерзко, Филипп сказал: «Не боишься ли, что повелю отрубить голову твою?» И тот ответил: «Нет, ибо если ты ее отрубишь, мое отечество почтит ее бессмертием».

Враг, говорящий истину, лучше лицемерного друга.

О ТРУДОЛЮБИИ

Демосфен. Этот, спрошенный, как учился ораторскому искусству, ответил: «Истратил масла больше, чем вина».

О ТЩЕСЛАВИИ

Не хвались, если кажешься лучше плохих, но печалься, когда не достигнешь хороших.

Тщеславие лишает разумного существованья.

Вор не выносит солнца, а надменный — кроткого.

Этот, увидев юношу, дорогим плащом хвастающего, сказал тому: «Перестань хвалиться овечьей шерстью!»

ОБ ИСТИНЕ И О ЛЖИ

Соломон. Кто утверждается неправдою, тот пасет ветры и птиц крылатых.

Богослов. Истина всегда одна, а ложь многолика.

Эзоп. Этот, спрошенный, какая польза от лжи лжецам, сказал: «Если и правду скажут, им не поверят».

О ПОХВАЛЕ

Феофилакт. Справедливая хула лучше лицемерной похвалы.

Исократ. Верными считай не тех, кто по твоему слову говорит, но тех, кто противится сказанному тобой неверно.

О КРАСОТЕ

Сирах. Не восхваляй мужчину за красоту: красота мужчины познается с сединами.

Плутарх. Приникни к зеркалу и вглядись в лицо свое: если красивым окажешься, поступай по своей красоте и не посрами ее злыми делами- если же уродлив ты, то недостатки лица добрым делом укрась.

Поцелуя красивой женщины берегись, как змеиного яда.

О СЛАВЕ

Снести бесчестье — большое и трудное дело, но для обладания славой необходимо величье души и высокая мудрость, чтобы, ее получив, не утратить. Но если хочешь ты славу найти — отгони эту славу- если гонишься за славой — утратишь ты славу, ибо такая слава — тень славы.

Видя на стене нарисованный краской хлеб, даже если и голоден очень, никто не пойдет откусить от него.

Александр. Этот взял в плен индуса, знаменитого стрелка и знатного. И когда ему сказали: «Этот может и в перстень попасть», повелел ему явить искусство свое перед ним. И когда тот отказался, приказал зарубить его. Когда же повели его на казнь, сказал он провожавшим его: «Много времени прошло, как я лука не брал в руки, и побоялся, что, промахнувшись, загублю свою славу». Слышав это, изумился Александр и отпустил его с дарами, потому что предпочел он умереть, но славу свою не опорочить.

О БОЛТЛИВОСТИ

Евагрий. Говори, что достойно, и когда достойно, и о тех, кто достоин,— и не услышишь того, что не достойно.

Цветок миндаля от мороза гибнет, ибо раньше других расцветает- люди же от излишней болтливости погибают. Следует постоянно сдерживать язык разумом и пресекать потоки слов, чтобы не быть безрассуднее гусей. Ведь они, когда пролетают путь от Киликии до Тавра, зная, что изобилуют те места орлами, берут в клювы камни, будто замки для голоса, и ночью пролетают в безмолвии.

Этот, спрошенный, почему два уха имеем, но один язык, сказал: «Ибо следует дважды услышать и лишь раз сказать».

О СМИРЕНИИ

Нил. Блажен муж, имеющий жизнь высокую, ум же — смиренный.

О ВРАЧАХ

Никоклий. Этот, услышав дурного врача, который говорил, что обладает большой силой, сказал: «Как же иначе тебе говорить, если, столько людей загубив, будто невинный ты ходишь!»

О ПАМЯТИ

Платон сказал. Дети и старики одинаково беспамятны: те развиваясь, а эти теряя силы. Что есть память? Сохранение виденного и слышанного, извлеченье же их называется воспоминанием. Потому-то бездарные так памятливы, а мудрые понятливы.

О ЗАВИСТИ

Как мухи здоровые части тела облетают, а к гнойным местам прилипают, так и завистники.

Что стонешь, завистник,— о своем ли несчастье или о благе чужом?

Анахарсис сказал. Этот скифский мудрец, спрошенный, по какой причине люди всегда печальны, сказал: «Ибо не только о своих бедах печалятся, но и о чужих удачах».

Зависть — язва на истине.

Агафон. Если бы не было в людях зависти, то все были бы равными.

О СВОБОДНОМ И НЕСВОБОДНОМ

Лучше добровольно печалиться, чем принужденно радоваться.

О САМОПОЗНАНИИ

Из Евангелия. Что зришь сучок в глазу брата своего, а в своем и бревна не видишь!

Платон. Начало знанию — сознание невежества своего- мы же, ничего не зная, представляемся всеведущими.

Гераклит. Этот, юношей представ перед учителем, философии его учившим, и спрошенный им: «Чему, юноша, ты научился?» — так отвечал: «Вот, познал я, что ничего не знаю». Слышав это, учитель дивился, и все, стоявшие вокруг учителя, воскликнули: «Воистину этот юноша умнее всех нас!»

О ЗАКОНЕ

Дион. Следует действующие законы соблюдать твердо и никакой из них не изменять, ибо лучше старому следовать закону, нежели новому, даже если он и кажется лучше.

Селевк. Закон подобен паутине, ибо, если влетит в нее муха или комар, то увязнет, если же пчела или шершень, то, разорвав, вылетают. Таков и закон: если попадется бедный и незнатный человек, то увязнет в нем, если же богатый и могущественный, то, словом разорвав, выберется.

О НЕДОСТАТКЕ УМА

Песок, и соль, и железа куски легче снести, чем безрассудного человека.

3енон. Один глупый юноша в Академии спорил о душе, Зенон же сказал: «Что споришь? Не омочив языка в уме, много напортишь в слове».

О ЗАБЛУЖДЕНИИ

Диоген сказал. Этот, приступив к некоему юноше, растратившему отцовское наследство, просил десять золотых драхм. Когда же юноша спросил: «Почему у других по оболу просишь, а у меня десять драхм?»— отвечал тот: «У других я надеюсь что-нибудь получить, а с тебя ничего».

3енон. Этот спорил с безрассудно проматывающим имение распутником и, когда тот отвечал, что от множества лишь немногое растрачивает, сказал: «Иль повара безрассудны, когда, пересоливши еду, говорят: “Ведь у нас еще много есть соли!”?»

О БЛАГОРОДНОМ И ХУДОРОДНОМ

Демосфен. Не та пшеница хорошей считается, что на хорошем поле сжата, но чисто собранная и в пищу пригодная- так же и человека примем не по знатности рода, но по характеру.

О СМЕХЕ

Соломон. В радости глупый хохочет, мудрый же лишь слегка усмехнется.

Эпиктет. Смех отгони и смеху источник не будь: легко соскользнуть и к хуле.

О СНЕ

Ночные видения — это отклик дневных помыслов: увидит во сне вожделенное, тем и утешится.

Сверх меры спать подобает мертвым, а не живым.

О БЕЗЗЛОБИИ И О НЕЗЛОПАМЯТНОСТИ

Эсхиний. Этот осужден был афинянами, а Демосфен, бывший начальником города, послал ему десять тысяч золотом, утешая его, чтобы мужественно переносил осуждение и нужду без печали. Тот же сказал: «Да как я могу не печалиться, покидая такое отечество, в котором обиженные помогают обидчикам!»

О ПРЕВРАТНОСТИ ЖИЗНИ

Когда все дела твои совершаются по твоему желанию, тогда жди изменений- а когда неожиданные несчастья нападут на тебя, тогда ожидай добра и улучшения.

Демокрит. Подобна жизнь эта ристалищу, на котором часто хорошие гибнут, а худшие — лучшие места заступают.

ИБО СЛЕДУЕТ ЧТИТЬ БЛАГОЕ, А ЗЛОЕ ОТРИНУТЬ

Сократ. Этот, спрошенный, какой город хорошо живет, отвечал: «В котором живут по закону, а несправедливых наказывают».

Солон. Тот город крепок, в котором люди добрые в чести, слаб же тот, в котором чтят дурных.

КАК НИ ЛЕГОК ПОРОК, НО ЛЮДЯМ ДОБРА НЕ ПРИНОСИТ

Диоген. Этот как-то днем, запалив свечу, ходил по городу и, когда кто-то спросил его: «Зачем ты делаешь так, философ?» — ответил: «Ищу человека!»

О СЕБЯЛЮБИИ

Критий. Скверно, когда человек не умен, но хочет казаться умным.

Диоген. Иные люди других учат, а сами своим поученьям не следуют- подобны они гуслям, которые для людей красивые звуки издают, но сами не слышат.

О СМЕРТИ

Из этой жизни хорошо уйти, как и с пира: не жаждая, но и не упившись.

Сократ. Лучше мужественно умереть, чем жить в позоре.

Виант. Увидел на дороге лежащий меч и сказал: «Кто тебя погубил — или ты кого-то?»

О МИРЕ И О ВОЙНЕ

Сын Фабия сказал отцу: «Нападем на врагов, и сотни из нас не погибнет». Тот же ответил: «Кто знает, может быть, ты и будешь один из той сотни».

Славная война лучше непрочного мира.

О НАДЕЖДЕ

Плутарх. Не спасти ни корабля одним якорем, ни этой жизни одной лишь надеждой.

О ЖЕНЩИНАХ

Лучше жить в пустыне со львом и змеею, чем со лживой женой и болтливой.

Солон. Этот, спрошенный кем-то, советует ли ему жениться, сказал: «Нет! Если уродину возьмешь — будет тебе мучение, если красавицу — захотят и другие ею полюбоваться!»

Диоген. Этот, увидев спорящих женщин, сказал: «Глядите: змея у гадюки яду просит!»
<br /
 

ГОР

Well-Known Member
Регистрация:20 Апр 2013
Сообщения:2.339
Реакции:2
Баллы:38
Возраст:38
Благодарю Магистр, прочитал с удовольствием...
 
Divider

Personalize

Сверху Снизу